Искусственный интеллект всё активнее входит в юридическую практику, однако вместе с новыми возможностями возникают и новые риски. На необходимость проверять ответы нейросетей участникам судебных процессов указал Верховный суд РФ после того, как представитель одной из сторон сослался на несуществующую норму, сгенерированную ИИ. Сегодня нейросети используются для анализа документов, поиска примеров из судебной практики и других рутинных задач, а суды уже тестируют их в пилотном режиме. RT обсудил с юристами, какие риски связаны с использованием нейросетей в их работе и способен ли искусственный разум в будущем заменить судей, адвокатов и других специалистов в сфере права.
- Gettyimages.ru
- © PhonlamaiPhoto
Верховный суд РФ рекомендовал участникам судебных разбирательств проверять достоверность информации, которую выдают нейросети. Об этом сообщила газета «Ведомости», ознакомившись с содержанием определения судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ.
Поводом для этого стал весьма показательный инцидент: представитель одной из сторон в деле о банкротстве сослался на несуществующий пункт 15 постановления пленума ВС, в котором на самом деле всего 14 пунктов. Суд расценил это как умышленную попытку ввести коллегию в заблуждение и направил вопрос о наложении судебного штрафа на представителя кредитора.
И это не единственный подобный случай. В мае 2026 года Арбитражный суд Западно-Сибирского округа оштрафовал ООО «ЦСС» на 50 тыс. рублей за ссылки на несуществующие судебные акты, которые были сгенерированы с помощью ИИ.
Однако российские суды не отказываются от использования ИИ. Напротив, технологию постепенно начинают внедрять в судебную систему.
- РИА Новости
- © Антон Денисов
По словам председателя Верховного суда РФ Игоря Краснова, уже в нескольких регионах России в пилотном режиме тестируются четыре большие языковые модели. Они обучаются на правовых позициях ВС и практикообразующих судебных решениях.
По его словам, одна из главных задач такого внедрения — сделать судебную практику более единообразной, сократить число логических противоречий и снизить вероятность судебных ошибок. Для развития этого направления в ВС РФ создали Центр судебных компетенций в сфере ИИ. Он отвечает за реализацию концепции применения ИИ, выявление и распространение лучших практик, а также за взаимодействие с научным и IT-сообществами.
Нейропомощник юриста
ИИ сегодня используют не только в судебной системе. Нейросети уже стали инструментом для повседневной работы юристов — прежде всего там, где приходится обрабатывать большие объёмы информации. Например, нейросеть способна быстро сделать краткое резюме текста, структурировать его и выделить ключевые положения.
Ещё одна полезная функция — анализ и составление договоров. ИИ может сравнить несколько документов, найти неточности, выявить потенциальные риски и подготовить черновик договора.
Не менее полезен ИИ при работе с примерами из судебной практики. Вместо того чтобы просматривать огромное количество решений, юрист может поручить нейросети найти дела с похожими обстоятельствами и отобрать наиболее подходящие решения.
- Gettyimages.ru
- © fstop123
Российские компании уже отмечают эффективность таких инструментов. По их оценкам, теперь на выполнение ряда рутинных задач тратятся считаные минуты вместо нескольких часов.
Однако скорость работы ИИ не отменяет проблему достоверности его ответов. RT выяснил у адвокатов, насколько юристы могут доверять нейросетям и где проходит граница между помощью ИИ и ответственностью самого специалиста.
— Какие основные риски возникают при использовании ИИ в работе юриста?
Адвокат, председатель Московской коллегии адвокатов «Шидловская и Партнёры» Галина Шидловская:
— Юридическую работу с ИИ можно условно разделить на два типа. Первый — запрос к общей базе знаний модели. Именно здесь возникают галлюцинации, потому что модель обучена на огромном массиве текстов, но не имеет доступа к актуальным базам законодательства в реальном времени. Поэтому ИИ может сослаться на норму, которой не существует.
Второе направление — работа с конкретными документами, которые предоставляет сам пользователь. Юрист загружает договор, судебный акт, материалы дела и просит ИИ проанализировать именно этот текст. В этом случае модель работает с проверенным источником. Риск галлюцинаций здесь существенно ниже, но не нулевой.
Также возникает серьёзный риск нарушения конфиденциальности данных. Загружая материалы дела в ИИ-сервис, юрист фактически передаёт сведения, составляющие адвокатскую тайну, на серверы третьих лиц. Частичным решением этой проблемы могут быть корпоративные версии ИИ-инструментов с гарантиями неиспользования данных.
- Gettyimages.ru
- © Chris Ryan
— Насколько юристы могут доверять информации, которую выдают нейросети?
Адвокат, арбитражный управляющий Михаил Старостин:
— Исходя из нашей практики отмечу, что достоверность выдаваемых нейросетями сведений можно оценить на тройку с плюсом. Как минимум в одном из 100 сгенерированных документов будут ссылки на несуществующие правовые нормы, не говоря уже о некорректных формулировках и советах, которые дают популярные чат-боты.
При этом использование нейросетей юристами действительно распространено, но имеет серьёзные ограничения. ИИ может быть полезен в работе с простыми документами. То же касается административных производств вроде дел о лишении водительских прав, обжаловании штрафов и т. д. Если говорить о профессиональном сообществе, то чаще всего к ИИ прибегают помощники адвокатов для составления основы отзыва, иска или возражения. Нейросеть обычно выдаёт лишь очень общие сведения, даже если ссылается на какую-то практику.
Г. Ш.:
— Главное — ИИ нужно использовать не как источник готовых решений, а как отправную точку для размышлений. Любую ссылку на норму, решение или разъяснение суда нужно проверять напрямую в официальном тексте закона, в базах «КонсультантПлюс» или «Гарант», в картотеке арбитражных дел.
Проверочный этап — главный в деятельности юриста. Юрист несёт профессиональную ответственность. Более того, даже при отсутствии формального нарушения сам факт обработки конфиденциальных сведений внешним сервисом может подорвать доверие клиента.
- Gettyimages.ru
- © Chris Ryan
— Для какой правовой системы ИИ более применим — прецедентной или романо-германской?
М.С.:
— Если сравнивать правовые системы с точки зрения применимости ИИ, то, конечно, нейросети будут полезнее для прецедентного права, чем для кодифицированного права романо-германской системы. В прецедентном праве есть возможность накопить знания и опыт и использовать их в будущих делах.
А в романо-германской системе, которая действует в том числе в России, каждое дело рассматривается индивидуально. Разумеется, в рамках процесса всё равно изучается и учитывается накопленная практика, но решение остаётся за конкретным судьёй.
— Если ИИ перестанет галлюцинировать, сможет ли он заменить судью, адвоката или прокурора?
Г. Ш.:
— Судья в основном принимает решение в условиях правовой неопределённости: взвешивает конкурирующие ценности, формирует практику там, где закон молчит или противоречит сам себе. Это требует не только знания права, но и понимания социального контекста. Делегировать итоговое решение машине — значит устранить человеческую ответственность из системы правосудия, что противоречит самой природе суда как института.
Адвокат и прокурор в первую очередь работают с людьми. Доверие подзащитного, убеждение присяжных — всё это требует эмпатии, интуиции и этической позиции, которые у машины отсутствуют.
